Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В СК придумали новые подходы для преследования инакомыслящих беларусов — акцент делается на двух соцсетях
  2. Без Трампа, но с крупной победой. Сборная США ярко стартовала на домашнем чемпионате мира
  3. Для водителей анонсировали новшество и пригрозили им «административкой»
  4. «Мы отрежем Крым от России». Командующий Силами беспилотных систем Украины Бровди о стратегии ударов
  5. Лукашенко сменил одного министра, директоров заводов и главу крупнейшего госмедиахолдинга
  6. Возле Дроздов в Минске есть секретная многоэтажка — информации о ней минимум. Но всплыли данные об одной из квартир
  7. Пропагандист заявил, что 196 политзаключенных, об освобождении которых ранее не было известно, уже на свободе
  8. «Меньше кофе надо было пить, не напьетесь вы этого кофе вечно». Беларуску оставил на заправке рейсовый автобус — кто прав
  9. На авторынке «умирает» один из дилеров
  10. Долгожитель среди классиков, одной фразой описал менталитет беларусов, не принимал советскую систему. Чем крут Янка Брыль — пять пунктов


/

Ученые из Университета Сент-Эндрюса предложили новое объяснение того, как солнечные вспышки разогревают плазму на нашей звезде. Оказалось, что ионы в этих процессах нагреваются гораздо сильнее, чем электроны, — их температура может достигать более 60 миллионов градусов, что в 6,5 раза выше предыдущих оценок, пишет EurekAlert.

Фото: pixabay.com
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

Ранее в солнечной физике считалось, что ионы и электроны должны иметь одинаковую температуру. Однако новые данные показали, что разница может сохраняться десятки минут.

Это открытие не только меняет представление о солнечных вспышках, но и решает загадку, которой астрофизики занимались почти полвека: необычную ширину спектральных линий солнечного излучения. С 1970-х годов ученые объясняли ее турбулентностью в атмосфере Солнца, но убедительных доказательств так и не нашли.

Новая работа показывает, что «сверхгорячие» ионы сами по себе могут объяснить эти линии, что открывает путь к переосмыслению старых моделей солнечных процессов.