Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Власти продали арестованную квартиру известного экономиста по нетипичной схеме
  2. «Мы отрежем Крым от России». Командующий Силами беспилотных систем Украины Бровди о стратегии ударов
  3. Можно ли внезапно умереть от испуга, плохих новостей или сильного стресса — рассказываем
  4. Пропагандист заявил, что 196 политзаключенных, об освобождении которых ранее не было известно, уже на свободе
  5. «Меньше кофе надо было пить, не напьетесь вы этого кофе вечно». Беларуску оставил на заправке рейсовый автобус — кто прав
  6. На авторынке «умирает» один из дилеров
  7. Возле Дроздов в Минске есть секретная многоэтажка — информации о ней минимум. Но всплыли данные об одной из квартир
  8. Беларуска назвала свою пенсию после 37 лет работы и попросила других поделиться цифрами. Суммы заметно отличаются
  9. Без Трампа, но с крупной победой. Сборная США ярко стартовала на домашнем чемпионате мира
  10. Беларусь получила щедрый «подарок» из-за границы — его масштабы впечатляют. Но такие «презенты» несут риски для нашей страны


Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям (РГПЗ) рассмотрела дело Виталия Брагинца и пришла к выводу, что Беларусь нарушила права политзаключенного адвоката. Жалобу в РГПЗ подготовили юристы правозащитной организации Respect-Protect-Fulfill и Белорусской ассоциации адвокатов прав человека.

Виталий Брагинец. Фото: ПЦ "Весна"
Виталий Брагинец. Фото: ПЦ «Весна»

РГПЗ признала, что лишение Брагинца свободы основано на дискриминации по политическим взглядам и его статусе «адвоката оппозиции», поскольку он защищал клиентов в политически мотивированных судах. Произвольным задержание адвоката делает и то, что он был арестован за реализацию своих прав на свободу выражения мнений и свободу мирных собраний. Кроме того, было грубо нарушено право адвоката на справедливое судебное разбирательство. Так, Рабочая группа согласилась с выводами о том, что в Беларуси отсутствует независимая судебная система, и отметила, что белорусские судьи ведут «обвинительные» производства, нарушая презумпцию невиновности, закрывают судебные разбирательства от публики; у обвиняемых часто возникают проблемы с доступом к адвокатам, а те адвокаты, которые работают по таким делам, часто находятся под подпиской о неразглашении.

РГПЗ также признала, что два последовательных административных ареста Виталия на самом деле были частью уголовного преследования и были использованы для получения доступа к подозреваемому без предоставления ему при этом необходимых процессуальных прав. При задержании Брагинцу не сообщили о предъявленных ему обвинениях, что также является нарушением. Арест и содержание под стражей адвоката были произвольными, поскольку первоначально они были санкционированы прокурором, а не судом, и за все 10 месяцев заключения под стражей не рассматривались альтернативные меры, не связанные с лишением свободы.

Рабочая группа установила нарушение ряда прав Виталия, призвала к немедленному освобождению адвоката и обеспечению его права на компенсацию, а также поиску и наказанию виновных в произвольном задержании политзаключенного. Информация об этом деле также была передана ряду специальных докладчиков ООН для того, чтобы они могли отреагировать на ситуацию.

Напомним, Виталий Брагинец был задержан у себя дома 23 мая 2022 года. Сперва его арестовали на 15 суток за «неповиновение», затем задержали повторно и снова осудили на такой же срок. Позже стало известно, что Виталий задержан по уголовному делу за участие в протестах.

Брагинец был адвокатом некоторых политзаключенных, в том числе главы правозащитного центра «Весна», лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого. Также он защищал адвоката Андрея Мочалова, лишенного лицензии, против которого было возбуждено уголовное дело за «использование заведомо подложного документа». Из-за ареста Брагинца Мочалов остался в суде без защитника, впоследствии его приговорили к двум годам «химии».

В августе 2022 года лицензии на адвокатскую деятельность лишили и самого Виталия Брагинца.

В начале февраля 2023 года стало известно, что Брагинца приговорили к восьми годам колонии усиленного режима. Его обвиняли по четырем статьям, в том числе «протестной» и «экстремистской».